Печать

Отложенная бедность

Почему рост потребительского спроса не спасет российскую экономику

Впервые с начала экономического кризиса в 2014 году эксперты зафиксировали позитивные изменения в потребительском поведении россиян. По данным мониторинга РАНХиГС, в первой половине года домохозяйства ослабили режим экономии, осторожно нарастив расходы и сократив объем сбережений.

На первый взгляд, это наблюдение только подтверждает выводы правительства о том, что российская экономика адаптировалась к падению цен на нефть и, наконец, выходит на траекторию роста. Однако в эту картину не вписывается один значимый статистический факт: реальные располагаемые доходы россиян снижаются четвертый год подряд, совокупное падение уже достигло 20%. Каким образом беднеющее население могло спровоцировать оживление на потребительском рынке?

Экономисты объясняют происходящее действием механизма отложенного спроса, который побуждает домохозяйства совершать давно запланированные покупки. Например, человек мог осознать, что его финансовые проблемы носят затяжной характер и откладывать приобретение товаров длительного пользования до лучших времен не имеет смысла (или просто нельзя из-за накопившегося износа). В первую очередь это касается бытовой техники, условных холодильников и стиральных машин, срок действия которых во многих семьях в этом году подходит к концу. Но самый яркий пример — неожиданный бум на автомобильном рынке: объем продаж автомобилей с мая вырос на 10% после трех лет непрерывного падения. Фундаментальных причин для такого подъема в экономике нет, поэтому эффект от обновления автопарка, скорее всего, будет краткосрочным.

Рост потребительской активности в этом году стал возможным в том числе благодаря отсутствию крупных геополитических потрясений и стабилизации основных макроэкономических индикаторов, по которым население оценивает общее состояние экономики — инфляции и курса рубля. Дополнительно благоприятный новостной фон формируют прогнозы по росту ВВП в этом году, который, впрочем, обусловлен реализацией отдельных государственных мегапроектов, а не увеличением пенсий и зарплат в стране. Но отсутствие плохих новостей в этой ситуации играет не самую важную роль.

Обратная сторона волны отложенного спроса заключается в том, что собственные ресурсы для поддержания приемлемого уровня жизни у россиян давно закончились — все чаще единственным способом сводить концы с концами становятся займы. В августе задолженность населения по рублевым кредитам достигла исторического максимума — почти 12 трлн рублей, подсчитали эксперты РАНХиГС.

Доля заемных средств в структуре расходов россиян снова начала расти, причем наибольший спрос на потребкредиты предъявляют малообеспеченные слои населения, а не представители среднего класса. Рост автомобильного рынка в этом смысле скорее является исключением.

В этом кроется главный риск позитивной динамики потребления и кредитования при параллельном падении реальных доходов населения. По оценкам Центробанка, степень закредитованности российских домохозяйств уже сегодня граничит с уровнем, который в развитых странах предшествовал банковским кризисам. Новый кредитный бум — не сигнал о высокой потребительской уверенности населения и не результат стремления жить на широкую ногу, а явление того же порядка, что и рост популярности микрофинансовых организаций в последние несколько лет: отчаянная попытка вырваться из порочного круга бедности. О тяжелой ситуации в Республике Тыва, где рост потребительских займов за первые 7 месяцев этого года составил около 35%, недавно писало агентство Bloomberg. Причем в бедных регионах больше всего кредитов выдают частные банки — они проигрывают конкуренцию за качественного заемщика госбанкам и в конечном счете сами оказываются на грани банкротства.

Такова особенность нынешних кредитно-потребительских «бумов»: в них нет ничего хорошего ни для банков, ни для населения.

Источник: Арнольд Хачатуров, НОВАЯ ГАЗЕТА